Борис Немцов - украинцам: занимайтесь своей экономикой, а не душевнобольным Путиным

Российский оппозиционер Борис Немцов в блиц-интервью "Обозревателю" ответил на вопрос о планах президента России Владимира Путина в отношении Украины, пожурил украинцев за чрезмерное внимание к реакциям "больного человека" на решения, принимаемые в Киеве, а также спрогнозировал "долгое похмелье" для рядовых россиян после "наркотического имперского опьянения".

- Можно ли ожидать коррекции политики Путина по отношению к Украине в ближайшей перспективе? Благодаря чему это может произойти?

- Я думаю, что нет. Какая коррекция? Слушайте, он выбрал путь самоизоляции, путь агрессии, путь конфронтации. Он абсолютно не видит никаких ошибок в своих действиях. Он считает, что война с Украиной – это небольшие шероховатости. Он считает, что стратегически все делает правильно.

Человек находится в глубоком неадеквате. Некому ему сказать, что он неправ, что он уничтожает и свою страну, и соседнюю. Поэтому надо готовиться к тому, что агрессия продолжится.

Но если вы будете сильнее, если у вас будет расти экономика, у вас будет укрепляться государство, то он будет больше вас бояться. Если будете в кризисе, как сейчас, он будет меньше бояться. От вас зависит больше, чем от Путина.

- Как Путин отреагирует на поддержку Украины со стороны США?

- Плохо, естественно. А какая разница, как он отреагирует? Вы там психиатры, что ли? Поменьше интересуйтесь, как он реагирует. Он больной человек. Вы интересуйтесь своими проблемами больше – экономикой, реформами, государством, борьбой с коррупцией. Чего вы на него внимание обращаете?

Такое ощущение, что вы все где-то в районе Кащенко ходите по периметру (это у нас психиатрическая больница такая есть в Москве) и в окна заглядываете. "Здоров ли? Не хуже стало? Может, укольчик какой-нибудь сделать?"

- По вашему мнению, что ожидает проект "Новороссия"?

-Он накрылся, этот проект. Я давно об этом написал в статье "Проект "Новороссия" закрыт". Он когда увидел, какое сопротивление ему оказывается и какие жертвы впереди, он, естественно, испугался.

- Вы говорите о психически нездоровом человеке – Владимире Владимировиче Путине. А россияне это понимают? Возможен ли сегодня Майдан в Москве?

- Нет, россияне этого не понимают. Россиянам заморочили голову. Требуется довольно большое время, чтобы они от этого состояния наркотического имперского опьянения перешли в нормальное состояние. Похмелье будет долгим.

Источник

Вот ещё один идиот, мол Путин больной и этим всё сказано. Не обращайте внимания на нашего президента. Стройте свою жизнь, созидайте, а мы орда со своим больным президентом будем вас грабить. Удобно, выгодно Орде, тварь, татарин!

Ребята всерьез опасаются, что полковник съедет с катушек

Результат миланских переговоров президентов Украины и России выглядит, на первый взгляд, еще более странно, чем предыдущие договоренности Петра Порошенко и Владимира Путина. И дело даже не в расплывчатости президентских формулировок - к этому все уже привыкли. Впервые в истории российско-украинского общения одна из сторон утверждает, что договоренности достигнуты - ну хотя бы по тому же газу, а другая эту информацию опровергает. Ранее подобные дипломатические инциденты происходили разве что в отношениях России с Беларусью, но там это можно было наблюдать с точностью до наоборот: Александр Лукашенко утверждал, что договоренности достигнуты, а Владимир Путин или Дмитрий Медведев опровергали эту информацию своего высокопоставленного коллеги.

В нашем же случае в роли печального оптимиста выступил Владимир Путин, с "газовой" информацией которого не согласились Петр Порошенко и другие украинские чиновники. Даже если внимательно ознакомиться с подробностями миланской пресс-конференции Владимира Путина или киевского интервью Петра Порошенко нескольким телеканалам, больше понимания не возникнет.

Поэтому самый простой вывод, который сделает неискушенный наблюдатель - это то, что они там в Милане договорились "о чем-то своем" и не хотят посвящать нас в подробности президентского междусобойчика, освященного к тому же присутствием европейских лидеров. И этот простой вывод как раз и будет неправильным, так как он не учитывает сути происходящего.

А суть эта состоит в том, что Порошенко и Путин вынуждены договариваться в отсутствие реальной основы для договоренностей. Ведь для того, чтобы прийти хотя бы к какому-то компромиссу, необходимо, чтобы в нем были заинтересованы все стороны. Чтобы и Порошенко, и Путин, и Меркель, и Олланд и все остальные хотели бы найти выход из сложившейся ситуации. А Путин озабочен вовсе не поисками выхода - он озабочен поисками входа. Ему нужна такая договоренность, которая позволила бы ему одновременно сохранить лицо, усилить давление на Украину и свое влияние в ней, избежать большой войны и минимизировать влияние западных санкций, а еще лучше их отменить.

О том, что такое решение найти в принципе невозможно, Путину не рискует говорить не только ни один здравомыслящий представитель его собственного окружения - если там вообще такие остались, но и никто из западных собеседников.

И вот почему: Путин находится в крайне взвинченном, неуравновешенном состоянии, истерит и бесится даже во время переговоров и с трудом берет себя в руки, когда появляется перед широкой публикой. И эта неадекватность российского правителя вызывает у тех, кто с ним общается самый обыкновенный страх - как сказал мне участвовавший в переговорах в Милане западный дипломат, "ребята всерьез опасаются, что полковник съедет с катушек окончательно". И даже если предположить, что бывший спецслужбист изображает помешательство сознательно, сути это не меняет: они его просто боятся. А потому старательно изображают, что верят в его желание найти решение конфликта в то время, как он старательно изображает помешательство и готовность договориться.

А Порошенко находится как бы между этими двумя полюсами - западным страхом перед помешательством Путина и стремлением удушить его санкциями так, чтобы он не заметил тот самый момент, когда дышать уже будет нечем и не успел дернуться - и путинским стремлением сохранить лицо, влияние, мир, войну, ДНР, ЛНР и территориальную целостность России одновременно.

Проще говоря - Порошенко - это человек, который оказался в одной квартире с помешанным и уже вызвал и санитаров, и полицейских. И они уже приехали и даже уже зашли, а "матушка" так даже отутюжила красивую смирительную рубашку. Но так как помешанный вооружен, то бригада не торопится переходить к активным действиям и уговаривает пациента успокоиться - в то время как он держит нож у горла соседа. Сосед уверяет его, что он ему не враг и что если он уберет нож, то все сразу же уедут и ни в какой санаторий его не повезут, а наоборот - помогут перед отъездом убрать квартиру и даже выпьют с ними кофе. И он, сосед, тоже никуда не убежит, он просто будет дружить с санитарами и полицейскими, потому что они ему нравятся как люди. -Да-да, просто дружить! - подтверждает "матушка", держа смирительную рубашку за спиной.

Помешанный никому не верит - и в общем, имеет для этого все основания. В голове у него хаос - а потому хаос в Донбассе и во всех прочих сегментах, требующих российско-украинского согласия. И он хочет, чтобы всюду был хаос - потому что только в хаосе он только теперь и ориентируется.

На практике это означает следующее. Местные выборы по закону об особенностях самоуправления в части Донбасса 7 декабря могут пройти. Но и "выборы" ДНР и ЛНР 2 ноября тоже могут пройти. Россия первые выборы может признать, а вторые нет, но сотрудничать и давать деньги и оружие будет тем, кого не признает. По газу мы договоримся, а потом его не поставят, даже если мы ничего не нарушим. В Москве будут одновременно признавать территориальную целостность Украины и "обустраивать" оккупированный Донбасс. Будут настаивать на том, что Крым не нуждается в украинских поставках и обвинять Украину в гуманитарной катастрофе на аннексированном полуострове. И все это будет происходить одновременно - потому что настоящее ли, мнимое ли помешательство правителя оборачивается коллективным сумасшествием российской политической элиты и общества.

Нам - не только Порошенко, но и всем нам - нужно научиться плавать по мутным водам этого путинского и российского сознания, отдавая себе отчет, что путешествие не будет очень долгим. Потому что в таком состоянии управленческая система не может находиться долго. Она либо спасается, либо делает роковую ошибку, после которой - как после щелчка выключателя в темной комнате - все становится ясно всем.

Даже россиянам.

Виталий Портников 

Сколько лет прошло, а фашисты продолжают безнаказанно издеваться над людьми.

"...Но я не знала, я ничего не знала! И хорошо, что не знала. Если бы я знала о карательной медицине, у меня не хватило бы решимости сделать то, что я сделала, без ампулы с ядом в кармане (а ее я не смогла бы достать). Однако когда меня в одни ненастный день без церемоний, предупреждений и объяснений привезли в институт Сербского, я даже не столько испугалась, сколько оскорбилась. И это была правильная реакция. Пока я жива, я буду настаивать не только на том, чтобы упразднить КГБ, но и на закрытии Института судебной медицины им.Сербского, почитая второе заведение не менее вредным и исторически преступным, чем первое. Общество может устранить преступника физически, если ему угодно стать на уровень неандертальца и мстить, или изолировать его от себя временно или навеки, если он причинил ему зло, но никакое общество не вправе покушаться на личность преступника и решать вопрос о ее изменении в нужном обществу направлении. Или тем паче судить о том, что есть норма и что есть патология . Лечить личность — это гораздо более жестоко, чем уничтожить ее вместе с тем телом, в которое она заключена..."

"У.. каждой СПБ — спецпсихбольницы или спецтюрьмы — была своя специализация. В Днепропетровске пытали нейролептиками (Леонида Плюща замучили до полусмерти; когда его выслали в Париж, то из самолета мученика вынесли на носилках; и французских коммунистов это проняло: «Юманите» напечатала заметочку, что даже с врагами социализма так жестоко обращаться нельзя!). В СПБ под Калининградом, где был заключен Петр Григорьевич Григоренко, было то же самое. В Казани применяли и физические пытки, однако нейролептиками не пренебрегали. "

" Человек, прошедший через СПБ и ПБ, никогда не будет прежним. Он не сможет создать семью, иметь детей. Он никогда не будет посещать даже обычные ПБ, носить туда гостинцы и входить в комиссии, курирующие соблюдение прав человека в этих «богоугодных» заведениях: душевнобольные навсегда останутся для него орудием пытки, и он не сможет увидеть в них страдающих людей. Он до конца своих дней будет бледнеть, видя машину с красным крестом, и не будет сближаться с психиатрами. Он никогда не обратится к невропатологу и не примет даже таблетку снотворного. Он не сможет смотреть фильмы типа «Френсис» или «Полета над гнездом кукушки». То, что с ним сделали, непоправимо. Он или возненавидит людей, или не сможет никогда причинять им зло — даже последним подонкам. (Слава Богу, со мной произошло именно последнее. Отсюда, наверное, пункт о всеобщей амнистии в программе ДС.) "

Валерия Новодворская  "По ту сторону отчаяния"

Источник